Силуан Иеромонах (siluan_ierom) wrote,
Силуан Иеромонах
siluan_ierom

Троицкий собор Александро-Невской лавры. История строительства. Ч.2.

Оригинал взят у av4 в О появлении двухколоколенных храмов в русской архитектуре XVIII века. Продолжение
А.В.Чекмарёв

Троицкий собор

Александро-Невской лавры

как иконографический образец

Часть 2. Новая святыня столицы


Статья опубликована в сборнике "Санкт-Петербург и архитектура России. Архитектура в истории русской культуры". Вып. 7. М., 2007. С. 317-362.


Троицкий собор Александро-Невской лавры. Западный фасад. Фото начала 20 века






Елизаветинская эпоха выдвинула новые идеалы храмовой архитектуры. В облике Спасо-Преображенского собора в столице, имевшего значение памятника восшествию императрицы на престол, была реанимирована идея традиционного русского пятиглавия. Соединение национального «греческого» типа храма с принципами барокко породило целую группу сооружений в творчестве П.А.Трезини и Ф.Б.Растрелли, возведенных по заказам самой императрицы и людей из ее окружения.[12] На этом фоне православного ренессанса отчетливее проявилась инородность недоделанного швертфегеровского собора. Петровский радикализм в отношении исконных православных символов явно не находил поддержки при дворе Елизаветы, чтившей религиозные традиции. Однако идея полного отказа от Троицкого собора в его прежнем виде оформилась, вероятно, не сразу. Разборка поначалу рассматривалась вынужденной технической мерой. Есть основания полагать, что впоследствии планировалось отстроить собор заново в тех же формах, с некоторыми незначительными поправками.[13] Иначе трудно объяснить появление в 1748 г. гравюры Г.Качалова (по рисунку М.Махаева) с видом Александро-Невского монастыря, выполненной по заказу архимандрита Феодосия.


Вид Александро-Невского монастыря. Рисунок М.И. Махаева. 1747 г.




Св. Александр Невский (с панорамой Александро-Невского монастыря). икона 1740-х гг. ОИРК ГЭ


[14] На ней запечатлен, казалось бы, обреченный на снос храм, да еще с появившимися наверху колоколен фигурами ангелов с крестами. Вообще изобразительная иконография первого Троицкого собора весьма многочисленна. Еще в 1723-1724 гг. по повелению первого настоятеля монастыря Феодосия (Яновского) была исполнена гравюра П.Пикарта с видом всего ансамбля и собора Швертфегера в его центре. Пять листов были поднесены императорской семье на церемонии встречи мощей Александра Невского в столице, еще двести гравюр предназначались для «прочих знатных особ».[15] Об актуальности образа швертфегеровского собора в 1730-1750-е гг. свидетельствуют также многочисленные иконы этих лет, изображающие Александра Невского на фоне панорамы монастыря с якобы завершенным соборным храмом.[16]

Несколько неожиданно видеть прямую реплику Троицкого собора в церковных заказах самой императрицы Елизаветы. 1752 годом датируется оставшийся неосуществленным проект церкви Воскресения Словущего для царской усадьбы в Покровском-Рубцове под Москвой.

Авторство его связывается с Ф.-Б.Растрелли, выполнявшим другие работы для этой резиденции,
[17] а сам чертеж принадлежит «архитекторскому ученику Полицмейстерской канцелярии» Василию Заболоцкому.[18]


Проект церкви Воскресения Словущего в дворцовом селе Покровское-Рубцово. Чертеж В. Заболоцкого. 1752 г. ГНИМА им. А.В. Щусева

Предложенный храм и в планировочном, и в объемном решении повторяет швертфегеровский образец, только в уменьшенном и упрощенном виде. Редкость этого проекта на фоне елизаветинской храмовой архитектуры объяснима только одним обстоятельством – почитанием дочерью личности отца и, как следствием, связанных с ним символов.[19] Одним из них, без сомнения, являлся Троицкий собор Александро-Невского монастыря. Все это доказывает, что приговоренный еще в начале 1740-х гг. и к тому же подчеркнуто новаторский по архитектуре храм довольно долго сохранял свою актуальность. Культ почитания первого императора уже тогда придал странному для русского восприятия сооружению мемориальный характер. Тем не менее, к 1755 г. собор был разобран. При Елизавете до его возобновления дело так и не дошло.

Кроме рассмотренных примеров известен лишь один проект двухколоколенного храма в русской архитектуре доекатерининского периода. Выполненный П.А.Трезини в 1751 г. для подворья Троице-Сергиевой лавры в Петербурге, он стремился компромиссно увязать тип двухколоколенного храма, идущий от римской церкви Сант-Аньезе К.Борромини, с русским пятиглавием основного объема.


Проект двухколоколенного храма для Фонтанного подворья Троице-Сергиевой лавры в Санкт-Петербурге. Чертеж П.А. Трезини. 1751 г.


[20]

Этот и, возможно, существовавшие другие замыслы, лежащие за пределами основной линии русского храмостроения и не имевшие поддержки в идеологически значимых инициативах Петра Великого, не оставили в отечественной архитектуре ни устойчивой традиции, ни даже самих реализованных памятников. Также следует констатировать, что прививка двухбашенной типологии к православному храмостроительству, дважды предпринятая в столичных соборах самим Петром, отозвалась лишь слабым эхом. Отсутствие аналогичных проектов и построек после 1752 г. подтверждает почти полное исчезновение этой архитектурной темы в России. Однако сила авторитета св. Александра Невского и Петра Великого, помноженная на политические идеи императрицы Екатерины II, позволила возродить тип православного двухколоколенного храма, причем, снова в облике Троицкого собора главной столичной обители. И эта третья по счету прививка оказалась самой успешной.



Мысль о достройке Александро-Невского монастыря возникла у Екатерины II уже в 1763 г. В начале 1764 г. настоятель архиепископ Гавриил подал на высочайшее рассмотрение записку «о строении Александро-Невского монастыря, что в нем по мнению архиерейскому надлежит вновь построить и что от прежняго строения для прочности и удобности к житью исправить».[21] На первое место Гавриил ставил вопрос о постройке соборной церкви. Разработка проекта нового собора была поручена почти всем крупным архитекторам Петербурга – Ж.-Б.Валлен-Деламоту, Ю.М.Фельтену, А.Ф.Висту и другим.[22] К сожалению, представленные тогда чертежи неизвестны, ни один не получил утверждения, а строительство храма было надолго отложено. Какой собор хотела видеть императрица, остается загадкой. Однако одна деталь в условиях заказа позволяет говорить о принадлежности его к двухколоколенной типологии. Здание должно было возводиться на старых фундаментах (с их укреплением), то есть повторять размеры и структуру разобранного храма Швертфегера.

Воссоздание собора символически обозначало преемственность новой власти петровским начинаниям, выраженную позднее в многозначительном тезисе Екатерины: «Начатое завершает».[23] Возврат к утвержденному лично Петром облику столичной святыни на фоне скорого свертывания строительства Смольного монастыря (главного церковного проекта предшествовавшего царствования) можно истолковать и в качестве укора покойной Елизавете, при которой словно «распалась связь времен» и произошел откат к допетровским принципам. Екатерине II в силу ее происхождения и воспитания они были чужды, и петровская эпоха (выраженная в том числе и в архитектурных символах) стала для нее на первых порах главным ориентиром в русской истории. Показательно восстановление в 1760-х гг. в прежнем виде Петропавловского собора, сгоревшего после попадания в него молнии в 1756 г. Несмотря на наличие разнообразных проектов, сохраняющих общую композицию здания, но модернизирующих его архитектурные формы, облик собора максимально приблизили к первоначальному.[24] В русле «архитектурного наследования» первому императору лежит и екатерининский замысел Троицкого собора Александро-Невского монастыря. В середине 1770-х гг., когда его снова решили реализовать, концепция обогатилась рядом новых актуальных идей, возникших в рамках т.н. «греческого проекта».[25]

В 1774 г. проектирование Троицкого собора было поручено И.Е.Старову, известному императрице по работам в имениях ее внебрачного сына А.Г.Бобринского. Спустя два года, 26 февраля 1776 г., проект и смета были высочайше утверждены, а еще через два года храм торжественно заложили. Церемония состоялась 30 августа 1778 г., в день празднования перенесения Петром Великим мощей Александра Невского. Кроме императрицы присутствовали великий князь Павел Петрович с супругой и многочисленная свита. Крышу возведенного по случаю павильона украшал вензель Александра Невского с сиянием и короной. В основание храма государыней была положена в серебряном ковчежце частица мощей апостола Андрея Первозванного, небесного патрона Российской империи. Под руководством Старова изготовили деревянную модель, позволившую детально представить будущее здание.


Вид Александро-Невской лавры. Раскрашенная гравюра И.А. Иванова. Начало 19 в.



Модель Троицкого собора. НИМРАХ


Модель Троицкого собора. НИМРАХ










Сам собор вчерне выстроили к 1786 г. Его освящение состоялось 30 августа 1790 г. в присутствии Екатерины и всей императорской фамилии.

Примечательно, что Старов не был стеснен необходимостью вписаться в размеры предыдущей постройки, его храм стоит на новых фундаментах. Это вновь подтверждает отнюдь не утилитарный характер повторения двухбашенности. Императрица воспроизвела идущую от Петра базиликальную схему с двухколоколенной папертью, наполнив архитектурный образ новым содержанием. Прямое следование петровским заветам соединилось здесь с качественно новым звучанием римской темы.

Геополитические планы покорения Османской империи и освобождения православных балканских народов имели целью воссоздание Византии – второго Рима. Грандиозный замысел отозвался в екатерининской архитектуре целым рядом проектов и построек, образно выражавших новую миссию русской короны. Прозрачные аллюзии (не только смысловые, но и чисто архитектурные), указующие на преемственность России от второго Рима - Царьграда (и далее – от Древней Эллады), легли в основу самого, пожалуй, хрестоматийного ансамбля «греческого проекта» - города Софии в Царском Селе с его одноименным собором. Тесную связь с этой идеологической программой обнаруживают также собор Св. Иосифа в Могилеве, новая загородная резиденция Пелла, царскосельские термы с Камероновой галерей и другие замыслы императрицы. Сюда органично встраивается и Троицкий собор Александро-Невского монастыря, чей образ напрямую апеллировал к первому Риму, стоящему у истоков имперской идеи и европейского христианства.

Ассоциации с римским собором Св. Петра, опосредовано присутствовавшие и в первом швертфегеровском проекте, теперь усилились. Классицизм с его опорой на наследие античности и Ренессанса придал сходству большую конкретику – в общем купольном силуэте, в использовании ордера и оформлении интерьера. Это привело к заметному смещению акцентов в композиции здания - доминирование многоярусных барочных колоколен сменилось в замысле Старова главенством купола при относительно низких башнях. Намек на прославленный римский прототип здесь очевиден, тем более что в претендующем на роль столицы просвещенной Европы Петербурге тема осеняющего град монументального купола до того не была представлена. Этим он проигрывал не только «вечному городу», но и другим столицам - Лондону с его собором Св. Павла, Парижу с собором Инвалидов, Вене с Карлскирхе. Купольная базилика, вознесшаяся над Невским монастырем, организующая панораму комплекса с реки, вновь подчеркнула включенность России в ход европейской истории, в том числе и архитектурной. Город обретал знаковый символ, важный для имперской идеологии и утверждения классического архитектурного стиля. По словам исследователей творчества Старова, собор «был самым значительным по монументальности культовым сооружением в столице и до постройки Казанского собора Воронихиным и Исаакиевского собора Монферраном не имел соперников».[26] Важно, что оба упомянутых здесь храма существенно развили римскую тему в Петербурге, начатую так отчетливо именно Троицким лаврским собором.

[12] См.: Т.П.Федотова. К проблеме пятиглавия в архитектуре барокко первой половины 18 века // Русское искусство барокко. Материалы и исследования. Под ред. Т.В.Алексеевой. М., 1977. С.70-87.

[13] При постановлении о разборке Троицкого собора Сенатом было указано «соборную церковь на том ли месте и по прежнему ль плану и фасаду по модели строить, о том доклад учинить Ея Императорскому Величеству от Сената, и когда о том указ получен будет, тогда, что всей суммы будет на то строение потребно, о том подать в Сенат из Канцелярии от строений доношение, по которому об отпуске денег и определение будет учинено» (Свято-Троицкая Александро-Невская лавра. Кн.2. С.86).

[14] Заказ в Академию наук на изготовление гравюры был получен от архиепископа Феодосия в апреле 1747 г. Вначале Э.Гриммелем был исполнен рисунок с изображением собора по проекту Д.Трезини. Феодосием было указано «соборную церковь внесть по нынешнему строению». В июле 1747 г. М.Махаев исполнил новый вариант уже с видом Троицкого собора Т.Швертфегера. По нему Г.А.Качаловым в 1748 г. была сделана гравюра, изображающая св. Александра Невского и его брата Федора с находящейся у их ног панорамой Александро-Невского монастыря. См.: М.А.Алексеева. Михайло Махаев. Мастер видового рисунка 18 века. СПб., 2003. С.64-67.

[15] Свято-Троицкая Александро-Невская лавра. Кн.1. С.294.

[16] А.Г.Побединская. Черты барокко в русской иконописи 18-19 веков (по материалам собрания ОИРК) // Русское искусство барокко. Новые материалы и исследования. Сборник статей. СПб., 1998. С.111-126.

[17] Авторство Растрелли представляется сомнительным, учитывая довольно низкий уровень архитектуры изображенной церкви. Документально известно, что Растрелли проектировал дворец в Покровском-Рубцове. См.: Ю.Денисов, А.Петров. Зодчий Растрелли. Материалы к изучению творчества. Л., 1963. С.13, 28, 154-155.

[18] Зодчие Москвы времени барокко и классицизма. (1700-1820-е годы). Сост. А.В.Крашенинников. М., 2004. С. 95.

[19] На южном щите выполненной по заказу Елизаветы Петровны раки св. Александра Невского есть надпись: «Державнейшая Елизавета, отеческого ко святым почитания подражательница, к нему благочестием усердствуя, сию мужества и святости его делами украшенную раку из первообретенного при ее благословенной державе серебра сооружить благоволила в лето 1750» (Свято-Троицкая Александро-Невская лавра. Кн.2. С.195.

[20] Первоначальные предположения о том, что это варианты проекта католической церкви на Невском проспекте, опровергнуты в кн: А.Н.Петров. С.И.Чевакинский и петербургская архитектура середины 18 века // Русская архитектура первой половины 18 века. Исследования и материалы. По ред. И.Э.Грабаря. М., 1954. С.362-363; Г.И.Вздорнов. Архитектор Пьетро Антонио Трезини и его постройки // Русское искусство 18 века. Материалы и исследования. Под ред. Т.В.Алексеевой. М., 1968. С.81-82.

[21] Свято-Троицкая Александро-Невская лавра. Кн.2. С.114.

[22] ЦГИАП. Ф.19. Оп.119. Е.х.49. Дело о предоставлении архитектором Фельтеном проектов Петропавловского собора и Троицкого собора Александро-Невского монастыря.

[23] Эта фраза написана на аллегорическом парадном портрете Екатерины II работы А.Рослина (1776, ГЭ), где императрица изображена на фоне скульптурного изображения Петра Великого.

[24] Колокольня собора пострадала от грозы 30 апреля 1756 г. До смерти Елизаветы Петровны восстановление собора так и не началось. В 1765 г. Екатериной II велено было реконструировать собор в соответствии с новым проектом. Свои предложения представили Чевакинский, Валлен-Деламот, Ринальди, Фельтен, Волков, Вист. Однако ни один из проектов не был утвержден, и 21 августа 1766 г. последовало распоряжение императрицы восстановить колокольню «точно так, какова прежде была». Работы завершились в 1780 г. См.: Е.Н.Элькин. Восстановление Петропавловского собора после пожара 1756 года // Краеведческие записки. Исследования и материалы. Вып.2… С.87-112.

[25] См.: Д.О.Швидковский. Архитектура и политика в эпоху Екатерины II // Архитектура в истории русской культуры. Вып.3. Желаемое и действительное. М., 2001. С.99-108; Е.И.Кириченко. «Греческий проект» Екатерины II в архитектурном пространстве Российской империи //18 век – ассамблея искусств… С.244-260; Е.И.Кириченко. Греческий проект Екатерины II в пространстве российских столиц и их окрестностей //Архитектура в истории русской культуры. Вып.3. Желаемое и действительное. С.109-123.

[26] Н.Белехов, А.Петров. Иван Старов. Материалы к изучению творчества. М., 1950 С.73.

Tags: #Александро-Невская Лавра
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments