Силуан Иеромонах (siluan_ierom) wrote,
Силуан Иеромонах
siluan_ierom

Троицкий собор Александро-Невской лавры как иконографический образец. Ч.3

Оригинал взят у av4 в О появлении двухколоколенных храмов в русской архитектуре XVIII века. Продолжение
А.В.Чекмарёв

Троицкий собор

Александро-Невской лавры

как иконографический образец

Часть 3. Под высочайшим покровительством


Статья опубликована в сборнике "Санкт-Петербург и архитектура России. Архитектура в истории русской культуры". Вып. 7. М., 2007. С. 317-362.


Церковь апостола Павла при Обуховском сталелитейном заводе. Фото 1920 г. Фотоархив ИИМК РАН



Двухбашенность старовского проекта, напрямую из римского прототипа не выходящая, намекала и на некий обобщенный образ католического храма. Она выражала популярную во французской архитектурной теории идею «греко-готической» церкви, сформулированную в трудах аббатов Ж.Л. де Кордемуа и М.А. Ложье.[27]



Проект фасада церкви Сен Сюльпис в Париже. Арх. Сервандони. 1732 г.


Проект двухбашенной паперти. Арх. Орлеан. 1766 г.


Проект двухбашенной паперти. Арх. Рэймон. 1766 г.
Наиболее близкий из возможных прообразов западного фсасада Троицкого собора, проект был известен Старову. См. об этом в статье Ю.Г. Клименко. Петербург и московские двухбашенные храмы последней трети 18 века. В сборнике: Санкт-Петербург и архитектура России. М., 2007. С. 363-408.


Во французском контексте речь шла об органичном соединении известной со времен средневековья структуры храма (базилики с двухбашенным западным фасадом) с формами ордерной архитектуры. Французы таким образом стремились в поисках нового идеала скрестить национальную готическую традицию с классицизмом. Русская императрица фактически реализовала их замысел, наделив его собственной спецификой. Старый петровский собор как значимый пример собственной еще недавней «готики» воспроизводился в современной стилистической обработке.

Не следует забывать, что собор создавался на пике французских влияний в раннем отечественном классицизме. В этом русле работали непосредственные представители французской школы Ж.Б.Вален-Деламот и Н.Легран, а также закончившие обучение во Франции В.И.Баженов и И.Е.Старов. Логично, что архитектурный облик Троицкого собора отразил французское понимание заданной темы. Как выясняется, Старов в своих формальных поисках обратился к проектам аналогичных сооружений, выполнявшимся в стенах парижской академии.[28] В 1766 г., в период его пребывания во Франции, академия как раз проводила конкурс на проект двухбашенной паперти храма. Сопоставление представленных тогда проектов с фасадом паперти у Старова доказывает их прямое воздействие, с тем лишь отличием, что в стилистике Троицкого собора барочные рецидивы 60-х гг. почти уже исчезли. Отказавшись от мелочной декорации, фигурных завершений и многочисленной скульптуры, Старов тем не менее весьма точно воспроизвел типично французский по построению и прорисовке деталей фасад. Бумажные опыты парижской академии таким образом материализовались в далеком Петербурге, в облике одной из известных русских святынь.

Помимо мемориализации культа Петра Великого[29] и связи с «греческим проектом», Троицкий собор имел также другие подтверждения своей общенациональной значимости. Будучи усыпальницей Александра Невского, он являлся еще и главным храмом посвященного святому князю ордена, учрежденного в 1724 г. по воле первого императора. Орден долго сохранял статус главной военной награды. Строительство здания в период между двумя победными русско-турецкими войнами и прямая связь с историей ратной славы Александра Невского обеспечили ему значение главного воинского храма страны,[30] которое он удерживал вплоть до появления другого военного мемориала – Казанского собора. В 1797 г. над главным входом в Троицкий собор был установлен барельеф ордена Александра Невского, а еще ранее, в 1791 г., в одном из примыкавших корпусов устроена специальная «кавалерская зала» для торжественных собраний кавалеров этой военной награды.

От внутренней содержательной стороны внимание современников неминуемо обратилось к внешним признакам задуманного Екатериной II храма.

Его роль в качестве иконографического образца, слабо проявившаяся в судьбе предшественника, на сей раз получила новое мощное подтверждение. К тому же в сознании дворянства конца
XVIII века, усвоившего многое из европейских культурных традиций и новшеств, образ двухбашенного храма не был столь откровенно чужим (и чуждым), как в восприятии людей петровской эпохи. Потому композиция Троицкого собора не столько прямолинейно копировалась (слишком специфическим были масштаб и назначение постройки), сколько открыла возможность для дальнейшей интерпретации его архитектурной темы, высочайше дозволенной и всячески одобряемой. Значительно расширившиеся знания о европейской архитектуре, прошлой и современной, различные предпочтения заказчиков, порой весьма искушенных, типологическая разнородность проектов – все это создало в русской архитектуре конца XVIII – начала XIX вв. целую линию разнообразных модификаций двухколоколенных церквей.

Пришедшийся на это время расцвет усадебного строительства способствовал распространению данной типологии в провинции, в архитектурных заказах помещиков. Двухбашенность для многих стала желанной принадлежностью церковного здания, соответствовавшей исходящей от двора моде. Не исключено, что она действительно ассоциировалась у современников с триумфом в первой русско-турецкой войне, как считают некоторые исследователи.[31] Мотив парных колоколен включался в различные композиционные схемы, в соответствии с запросами и возможностями заказчиков, а также назначением и масштабом самих построек.

В пестрой картине русских двухбашенных храмов выделяется столичная линия, которую в целом можно охарактеризовать как подчеркнуто западническую, интерпретирующую заимствованные из европейского опыта композиционные схемы. В соответствии со своей исторической ролью «окна в Европу» многоконфессиональный Петербург всегда позволял себе радикальные эксперименты в области храмостроения. Облик православного храма в архитектуре столицы в XVIII в. почти не опирался на собственную традицию и порой был неотличим от европейских аналогов. Как позже отмечал А.И.Герцен, «в Петербурге можно прожить года два и не понять какой веры он придерживается».[32] Обстановка веротерпимости и высочайшее покровительство разным конфессиям обеспечили быструю адаптацию самых неожиданных архитектурных решений в столичном православном храмостроении. Это напрямую касается двухбашенной типологии, отразившейся в нескольких реализованных памятниках и еще больше в проектах. Закрепившийся в столице новый тип православного храма очень скоро через архитектурные заказы дворян распространился в провинции. Также можно говорить о влиянии значимых столичных образцов на архитектуру храмов (монастырских и приходских) в городах. Для петербургской линии двухбашенных церквей в первую очередь характерны вариации на тему базилики (и продольной композиции вообще), ориентированные на образец Троицкого собора или непосредственно на европейские прототипы, выбранные заказчиками.

Примечательно, что непосредственных подражаний Троицкому собору было немного. Обе столичные реплики лаврского собора связаны с императорскими заказами, демонстрируя высочайшее покровительство двухколоколенному типу храмов. Первую по времени церковь Рождества Христова на Песках успели освятить даже раньше прототипа, в 1789 г. Ее возводила с 1781 г. по проекту архитектора П.Е.Егорова «Канцелярия строения домов и садов Ея Величества».[33]


Церковь Рождества Христова в Песках в Санкт-Петербурге. Фото нач. 20 века. Фотоархив ИИМК РАН.


Церковь Рождества Христова в Песках в Санкт-Петербурге. Фото нач. 20 века.


На освящении присутствовал наследник престола с семьей. Композиционно и стилистически храм повторял лаврский собор, однако проигрывал ему цельностью художественного образа. Его отличали дробность масс и довольно сухая разделка фасадов ионическими пилястрами.[34] Памятник был разрушен в 1930-е гг.

Гораздо выразительнее был также несохранившийся храм Апостола Павла, построенный в 1804-1826 гг. при Обуховском сталелитейном заводе.[35] Мануфактура была основана императором Павлом I, в память которого его вдова Мария Федоровна и заказала величественный храм, спроектированный А.Д.Захаровым.



Церковь апостола Павла при Обуховском сталелитейном заводе. Фото 1920 г. Фотоархив ИИМК РАН

Ориентация на собор лавры очевидна – помимо общего типологического сходства есть узнаваемые цитаты, вроде формы купольной ротонды с полуколоннами или входного шестиколонного портика. В условиях зарождавшегося ампира созданный Захаровым образ отличался суровым лаконизмом, что отвечало мемориальному назначению церкви. Тема базилики, восходящая к известным римским святыням, была актуальной в свете утопических проектов Павла вернуть христианству распавшееся единство. Кульминацией этих идей был замысел знаменитого Казанского собора А.Н.Воронихина.[36] Схема латинского креста с доминантой «римского» купола определила облик и церкви Апостола Павла. Словно желая подчеркнуть несвойственную большинству русских церквей горизонтальность вытянутого здания, Захаров почти никак не обозначил парные колокольни в его силуэте. Две звонницы помещались по сторонам аттика паперти, словно экран, приставленной к телу храма.

Запоздавшим отголоском Троицкого собора Старова является Знаменский собор мужского монастыря в Курске.[37] Точнее, не сам храм, построенный в 1826 г. предположительно по проекту А.И.Мельникова, а предпринятая в 1840-х гг. его реконструкция.


Собор Знаменского монастыря в Курске. Фото нач. 20 века


Знаменский монастырь в панораме Курска. С картины середины 19 века


Собор Знаменского монастыря в Курске. Фото 1970-х гг. (после утраты башен)


План собора Знаменского монастыря в Курске


Тогда над протяженным объемом трапезной воздвигли две колокольни, которые в сочетании с мощным классическим куполом и общей продольной композицией собора придали ему убедительное сходство со столичным прототипом.
[38] При этом речь идет о визуальном сходстве внешних форм, а не всей структуры сложного сооружения. Внутреннее пространство храма не имело ничего общего с базиликой.



[27] О французской архитектурной теории 18 в. см.: И.Е.Путятин. «Портрет В.И.Баженова в кругу семьи» и идеальный образ храма в эпоху классицизма // 18 век – ассамблея искусств… С.154-172.

[28] Предположение Ю.Г.Клименко основано на обнаруженных ею проектах конкурсантов и их сопоставлении с чертежами Троицкого собора И.Е.Старова. См. статью об этом в настоящем сборнике.

[29] В Троицком соборе напротив правого клироса было устроено царское место. Над ним на пилоне висел портрет Екатерины II в полный рост работы Д.Г.Левицкого. Напротив, с левой стороны на пилоне помещался портрет Петра Великого, также в полный рост, под которым на бронзовой золоченой доске была выбита летопись основания и построения монастыря первым императором. См.: Свято-Троицкая Александро-Невская лавра. Кн.2. С.145.

[30] В соборе среди икон и живописных картин евангельского содержания помещались «картины, изображающия разныя события из жизни святаго Александра Невскаго, писаны разными лицами: торжественный вход святаго князя во Псков – Угрюмовым, куплена за 800 рублей; Видение Пелгусия – Уткиным, куплена за 300 рублей; битва святаго Александра на реке Неве при устьи Ижоры, греком Скливою, куплена за 500 рублей». См.: Свято-Троицкая Александро-Невская лавра. Кн.2. С.150.


[31] Впервые мысль о мемориально-триумфальном характере двухбашенных храмов в связи с празднованием триумфа в первой русско-турецкой войне высказана в кн.: Е.И.Кириченко. Запечатленная история России… Кн.1. С.207-208. К ней присоединяется И.Путятин в ст.: «Надежда и постоянство»… С.217-218.

[32] Цит. по кн.: Архимандрит Августин (Никитин). Указ. соч. с.10.

[33] ЦГИАП. Ф.19. Оп.119. Е.х.245; Ф.41 (Фонд церкви Рождества на Песках).

[34] В.В.Антонов, А.В.Кобак. Святыни Санкт-Петербурга. Т.1. СПб., 1994. С.220-222.; Э.Ф.Кузнецова. Архитектор Петр Егоров. Чебоксары, 1984. С.126-131; Г.Длужневская. Утраченные храмы Петербурга. СПб., 2003. С.95-96.

[35] В.В.Антонов, А.В.Кобак. Святыни Санкт-Петербурга. Т.3. СПб., 1996. С.92-94; Г.Длужневская. Утраченные храмы Петербурга. СПб., 2003. С.143-144.

[36] См.: И.Ф.Девятова, Г.И.Ревзин. Казанский собор А.Н.Воронихина как феномен романтической культуры // Архитектура в истории русской культуры. М., 1996. С.133-137.

[37] М.М.Дунаев. На земле великой битвы. М., 1976. С.49-50.

[38] В 1930-х гг. колокольни были разобраны, в недавнее время восстановлены с отступлением от первоначального облика.

Tags: #Александро-Невская Лавра
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments