Силуан Иеромонах (siluan_ierom) wrote,
Силуан Иеромонах
siluan_ierom

«Сейчас ситуация схожа с той, что была накануне революции 1917 года». Часть 2.






«СЕЙЧАС СИТУАЦИЯ СХОЖА С ТОЙ, ЧТО БЫЛА НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА». часть 2.

Беседа с епископом Душанбинским и Таджикистанским Питиримом


1 сентября 2015 г.
Владыка, с одной стороны, мы видим агрессивный ислам в виде ИГ. С другой стороны, в Европе новые «европейские ценности», гей-браки и прочая, которые потихонечку подбираются и к христианским странам. Что можно этому противопоставить?

– Да, две силы, вы сейчас очень хорошо обозначили: антиислам и антихристианство.

В исламском мире появляется антиислам в виде политизированной идеологии Исламского государства. Он разрушает ислам изнутри, взрывает его, потому что если такой ислам будет распространяться, то долго он не продержится.

Изначально ислам был не такой. Он не уничтожал христиан полностью.

Мы знаем, что когда турками завоевывалась Византийская империя, остались Константинопольский и другие Патриархаты – да, разгромленные, лишенные былого величия, сильно сократившиеся до этих 3–6 процентов верующих, но остались церкви, в которых разрешалось молиться и приносить бескровную Жертву. Более того – балканские Церкви жили под турками лучше, чем под греками-фанариотами.

Турецкое иго оказалось лучше греческого: то, как греки подавляли проявления в лучшем смысле национализма, совершенно неприемлемо: не разрешали совершать богослужения на национальных языках, не рукополагали священников из местного населения – много такого было. А турки всё это разрешали, если им не сопротивлялись.

Ты платишь налог[3], откупаешься от них, и всё – они тебя не трогают. Коран запрещает убивать людей Писания – христиан и иудеев. Они должны быть в униженном положении и должны платить дань, но убивать их нельзя.

ИГ действует совершенно по-другому, оставляя после себя горы трупов и груды развалин.

А что происходит в Европе? Если здесь – антиислам, то там – антихристианство.

Посмотрите, как начала строиться эта пирамида: антихристианство стало захватывать Европу, и тут же возник ИГИЛ – возникает сила, которая должна снести антихристианскую Европу.

ИГ – наказание Божие Европе за содомские грехи, которые она сделала легитимными

Расстановка сил уже определилась. И это наказание Божие безбожной Европе за содомские грехи, которые она сделала легитимными. А это уже вопиет об отмщении.

Долго это продолжаться не может: это грехи, которые Бога вынуждают действовать. И наказание будет – об этом говорят многие афонские старцы.

Они говорят, что Европу и весь западный мир ждет страшная кара, наказание, и орудием является как раз «Исламское государство».

А нас в России это как касается?

– И у нас в России тоже далеко не всё благополучно. Вы знаете, когда я приезжаю в Россию и ловлю такси, сколько раз замечал: от меня водитель отворачивается, он меня видеть не хочет, ненавидит, сквозь зубы еле-еле говорит. Я с трудом доезжаю до места назначения.

Ну а вы, естественно, в подряснике? Извините, что я так спрашиваю.

– Да, я всегда ношу подрясник. И хотя не всякий догадается, что я – епископ, но сразу видно, что священнослужитель.

Имеется в виду наш московский водитель, не приезжий?

– Подмосковный, местный – не гастарбайтер. Один или два раза мужчины меня возили, один раз женщина… Это ужас какой-то, с чем приходится сталкиваться. Они ненавидят Церковь, они не могут видеть священнослужителя. У них заметно такое отвращение, что они даже разговаривать со мной не могут. Здесь (в Таджикистане. – А.Р.) такого вообще нет. Мусульмане относятся с уважением: «Да-да, Русская Церковь, мы вас уважаем, пожалуйста, пожалуйста». Небо и земля.

Приезжаю в Россию православную и вижу, что меня там ненавидят, многие ненавидят, большинство, я бы даже сказал.

Понимаете, в России огромное количество людей ненавидят Православие, истинное христианство

Я сам из Сергиева Посада, там вырос. Удивительный феномен таких городов: там живут подчеркнуто нерелигиозные люди. Вот у меня сосед: в течение десятилетий он жил рядом с Троице-Сергиевой Лаврой – первый дом от Лавры – и, как говорят его же родственники, ни разу там не был. Это просто парадокс. В это с трудом верится. Он не выносит колокольного звона. Кончилось тем, что он просто уехал, не смог там жить.

Понимаете, в России очень много проблем. Огромное количество людей, которые ненавидят Православие, истинное христианство.

А «розовое христианство», которое их не раздражает, которое им удобно, они примут.

Борьба со строительством храма в парке «Торфянка» обнажила очень серьезную болезнь российского общества, в частности в Москве. Москвичи ведь тоже особые люди. Они всегда возмущались какими-то неудобствами.

«Перед революцией люди тоже как будто не понимали, что они творят»

Вы очень точно сказали: «всегда возмущались какими-то неудобствами».

– Но надо знать меру протеста и понимать, против чего ты идешь. Против чего ты борешься. Совершенно немыслимо бороться против того, чтобы в сквере или парке построили храм.

Храм немного места занимает по сравнению со всем парком. Если там будет храм, это не значит, что вырубят все деревья, – наоборот, еще посадят.

У храма всегда очень красиво бывает, и храм, как правило, хорошо вписывается в окружающий ландшафт. Это же, наоборот, украшение парка!

Я вообще не понимаю тех людей, которым важнее выгулять свою собаку или ребенка, но чтоб храма не было.

Это что же за ребенок-то вырастет, если ради него ты не разрешишь построить храм?

Понимаете, нужно учитывать один момент, таинственный, метаисторический, если хотите. Сейчас ситуация очень схожа с той, которая была накануне революции 1917 года.

Я хотела вас спросить про это. Очень интересно.

Перед революцией люди как обезумевшие были – боролись за свободу. Причем все сословия. В том числе и многие из духовных

– Ведь перед революцией люди тоже как будто не понимали, что они творят. Они совершенно представить себе не могли, что их ждет впереди – эта катастрофа жуткая, – чем всё закончится. Как обезумевшие были – боролись за свободу. Причем боролись все – все сословия. В том числе и многие из духовных. Боролись против самодержавия. Лучшие потом новомучениками стали, в лагерях поняли, что это за свобода.

И есть один аспект, который специально почти не исследовался: очень интересно проследить судьбы этих людей. Как высказывались, о чем говорили те, кто был против самодержавия, и как у них сложились судьбы после революции.

Как будто каждый готовил себе жуткую трагедию в будущем – те, кто в этом участвовал.

А тех, кто не участвовал, Господь сохранил. Большинство из них эмигрировало.

Да вот яркий пример – Анна Вырубова[4]. Уж казалось бы, кого первого должны были расстрелять и уничтожить, так это ее. А она смогла уехать, оказалась в Финляндии. Тоже через многие скорби, искушения прошла, но умерла своей смертью. Человек был предан Царской Семье – и вот за эту преданность Господь ее сохранил. Как и многих других – и иерархов, и простых людей.

Это важно – проследить судьбы людей, как им потом пришлось расплачиваться за то, что они сделали в состоянии ослепления.

И те, кто сегодня борется со строительством храма, готовят трагедию в будущем. Личную трагедию.

Понимаете, эта сила (ИГИЛ. – А.Р.) готовится пойти не только в Центральную Азию, но и на Россию, и в Москву, и куда угодно. А в Москве сколько их потенциальных союзников! Туда и идти не надо, просто бросить клич, и всё.

Как будет распространяться эта кара Божия, зависит от того, что мы сейчас делаем

И как будет распространяться эта кара Божия, зависит от того, что мы сейчас делаем.

Мы сейчас закладываем тот код, ту программу, которая потом будет разворачиваться. Людям нужно думать о том, что с ними будет в будущем. Зачем вы накликаете на себя беду?

Потому что как начнется эта кара, придет этот «день лют», всё – уже не остановишь. Вот как сейчас на Украине: попробуй, останови. Три года назад кто об этом думал: процветающий Донбасс был на Украине!

А тоже расслабились. По первым беженцам, которые оказались в России, мы же видим, какие у них были претензии: давайте нам курортные условия. Люди не понимали, что с ними произошло, какая трагедия и что теперь ее уже не остановишь – это трагедия на всю жизнь.

Также и в Таджикистане было. Я вижу людей, которые пережили гражданскую войну[5]: это страшно, они повреждены на всю жизнь. У них психика повреждена. Их расстреливали, они под пулями бежали. Это накладывает отпечаток на всю жизнь.

А молодое поколение, которое не видело войны, бредит ИГИЛом!

Буквально сегодня информация прошла, что на юге Таджикистана подростки вывесили флаг ИГИЛа. Они не понимают, им бесполезно что-то объяснять. Для них появилась цель, смысл их существования.

Это происходит прямо на глазах – еще полгода назад ничего этого не было. Самых горячих сносит в радикализм, в экстремизм. Они мечтают быть боевиками, поехать в Сирию, хотят, чтобы сюда пришел ИГИЛ и они стали воинами халифата.

Нам нельзя сидеть – они исламизируются, они-то активные, а мы чего?

Процессы происходят, причем происходят стремительно. И нам нельзя сидеть – они исламизируются, они-то активные, а мы чего?

А мы – расслабленные, а у нас из монастырей люди побежали, а у нас из Церкви интеллигенция уходит. У нас наступает полный паралич.

Но Господь как в таких случаях всегда поступал? Кара, наказание, война – чтобы люди как-то встряхнулись и обратились к Богу. Но не Бог посылает наказание, а сами люди развязывают войны и бывают виновниками катаклизмов – Бог попускает этому произойти, когда других средств к исправлению не остается.

Это же мы сами приближаем наказание своей расслабленностью, этой своей борьбой со строительством храмов, спорами какими-то.

Сейчас спор возник по поводу выставки в Манеже. Опять нас втягивают в этот спор. Получается, что и те, и другие грешат. Нас, православных, тоже разделяют. Часто такое бывает. Им главное втянуть, разделить на две партии – «за» и «против».

Не могу согласиться с методами, к которым прибегает Дмитрий Цорионов (Энтео): бегает и выискивает, где бы оскорбили его чувства. Это с одной стороны. А с другой стороны, нельзя терпеть то, что происходит. Такое кощунство ни одна религия терпеть не будет, кроме православных. Ну, а католики с протестантами – так они и сами могут такое сделать, такую выставку, даже еще хуже. Позорный марш «Я Шарли» – яркое свидетельство тому.

С епископом Душанбинским и Таджикистанским Питиримом




беседовала Анастасия Рахлина

1 сентября 2015 г.

Начало - см.часть 1 :http://siluan-ierom.livejournal.com/83165.html
Продолжение - часть 3:http://siluan-ierom.livejournal.com/83548.html


Tags: #интервью, #священники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments